Энергетическая политика Канады и России в области ВИЭ и энергоэффективности

Рассматривается канадский опыт в области возобновляемых источников энергии, который может оказаться полезным для России в плане совершенствованиянормативно-правовой базы в области энергоэффективности и энергосбережения.

К.С. Кужелева, главный специалист, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики РФ (ФГБУ «РЭА» Минэнерго РФ); руководитель отдела исследований, INTEGRUM PARTNERS, г. Москва.

Б.А. Грачев, независимый эксперт, г. Москва.

За последние 20 лет тема развития возобновляемых источников энергии (далее – ВИЭ) приобрела масштабный характер, а правительства разных стран мира «рисовали» картину «зелёного» безуглеводородного будущего.

Наибольшего успеха в данной области добился Европейский союз, который, начиная с 2000-х гг., принял множество инициатив в области развития ВИЭ. Были приняты: «Стратегия 2020», «Энергетическая стратегия – 2050» и входящая в неё «Энергетическая дорожная карта 2050», «Стратегия 2030», Европейская стратегия энергетической безопасности; созданы Энергетический союз ЕС, энергетический пакет мер «Чистая» энергия для всех европейцев», а также инициатива «Чистая» энергия для островов ЕС» [1].

Если ЕС идёт по пути к достижению энергоэффективности через развитие возобновляемых источников энергии, то США и Канада встраивают энергоэффективность в стратегию энергонезависимости и устойчивого развития соответственно, Китай же фокусируется на жёстком регулировании «подконтрольных» компаний в условиях быстрого роста экономики.

Россия, несмотря на принятые нормативно-правовые акты в сфере ВИЭ и предпринятые меры в сфере повышения энергоэффективности, пока ещё заметно отстаёт от достижения целевых уровней энергоёмкости ВВП (+3,4% в 2017 г. по отношению к 2008 г.), что нельзя сказать о других рассматриваемых странах, которые демонстрируют лучшие результаты по данному показателю (рис. 1).

Рисунок 1. Энергоёмкость ВВП Китая, ЕС, США, Канады и России, 2008-2017 гг., кг н.э./долл. США по ППС 2015 г. (Enerdata, Global Energy Statistical Yearbook, 2018).

Россия и Канада являются странами со схожими географическими и природно-климатическими условиями и наличием богатейших природных ресурсов. Предлагаем рассмотреть нормативно-правовую базу и предпринятые меры двух стран с целью заимствования Россией лучших практик канадского законодательного опыта в сфере ВИЭ и энергоэффективности.

Канадский опыт

Согласно Статистическому обзору компании BP-2018 по состоянию на 2017 г. в Канаде на ископаемые виды топлива в структуре энергопотребления приходилось не более 72%, остальное составляла гидроэнергия (25,8%) и ВИЭ (3%) (рис. 2).

Рисунок 2. Структура потребления энергетических ресурсов в Канаде, 2017 г., % (BP Statistical Review of World Energy, June, 2018).

В настоящее время в Канаде реализуется ряд федеральных проектов, направленных на повышение использование ВИЭ, в частности: значительные субсидии компаниям, внедряющим ВИЭ; применение одних из самых эффективных рычагов стимулирования производителей «чистой» энергии для наращивания генерирующих мощностей – «зелёные тарифы» (feed-in-tariff).

В 2008 г. в Канаде вступил в силу Закон об устойчивом развитии (Federal Sustainable Development Act), в котором было объявлено о необходимости поддержки возобновляемой энергетики [2].

В рамках данного закона действует Федеральная стратегия устойчивого развития на 2016-2019 гг. (Federal Sustainable Development Strategy – FSDS) [3]. Это – третья общеправительственная стратегия, подготовленная в соответствии с вышеуказанным законом, которая была сформирована, благодаря взаимодействию правительства и общества: было открыто онлайн-дискуссионное пространство «Let’s Talk Sustainability»; также была предоставлена возможность отправить своё предложение о видении стратегии по электронной почте; запущена интерактивная электронная стратегия (interactive e-strategy); организовывались встречи заинтересованных сторон и проводились вебинары. В результате правительство получило более 540 письменных комментариев от канадцев и 900 сообщений в социальных сетях по проекту FSDS, которые и помогли сформировать окончательную стратегию.

 FSDS включает в себя следующие цели:

  1. Эффективные меры по изменению климата (Effective action on climate change).
  2. Современная и устойчивая инфраструктура (Modern and resilient infrastructure).
  3. Чистые озёра и реки (Pristine lakes and rivers).
  4. Чистая питьевая вода (Clean drinking water).
  5. Безопасная и здоровая жизнь общества (Safe and healthy communities).
  6. Низкоуглеродная политика правительства (Low-carbon government).
  7. Чистая энергия (Clean energy).
  8. Чистый рост (Clean growth) и т.д.

Основной задачей «низкоуглеродной политики правительства» является сокращение выбросов парниковых газов от зданий Федерального правительства к 2030 г. на 40% от уровня 2005 г. за счёт, к примеру, введения в действие норм, согласно которым новые дома должны будут строиться с соблюдением стандартов нулевого потребления энергии (net-zero energy ready).

Основополагающей задачей «чистой энергии» является установление к 2030 г. выработки канадской электроэнергии на 90% из возобновляемых источников энергии и ресурсов, не связанных с выбросами.

Данная задача уже имеет определённые результаты. К 2017 г. федеральные и территориальные министры, а также министры провинций в энергетической сфере, согласились на совместный план действий в области энергетики, ориентированный на достижение общей цели повышения энергоэффективности, разработки новых энергетических технологий и инноваций. Все ответственные ведомства предприняли важные шаги по расширению использования «чистой» электроэнергии, включая нормативные поправки, новые планы действий и программы, а также значительные новые инвестиции в строительство мощностей выработки электроэнергии из ВИЭ.

Основной задачей «чистого роста» является поддержание и увеличение инвестиций в НИОКР в области развития «чистой энергии» к 2020 г. Эта задача уже дала свои результаты, так была опубликована программа «План инноваций и навыков»(Innovation and Skills Plan), которая заложена в бюджете на 2017 г.

Данную задачу планируется реализовать в рамках «Общеканадской рамочной стратегии чистого роста и изменения климата» (Pan-Canadian Framework on Clean Growth and Climate Change), выпущенной 9 декабря 2016 г., для поддержки экологически чистых технологий и создания рабочих мест. Эта стратегия разработана с провинциями и территориями Канады при взаимодействии с коренными народами с целью сокращения выбросов, роста экономики и повышения устойчивости к меняющемуся климату. Стратегия также направлена на стимулирование инноваций и роста экономики за счёт расширения технологий и принятия решений по обеспечению конкурентоспособности канадских компаний в глобальной низкоуглеродной экономике [4].

Переход Канады к низкоуглеродной, устойчивой к климату экономике был подтверждён в бюджете 2017 г. объёмом инвестиций не менее 5 млрд долл. США в течение 5 лет в проекты в области «зелёной» инфраструктуры, включая проекты, способствующие развитию ВИЭ и сокращению выбросов парниковых газов [5].

Для того, чтобы ускорить рост компаний, занимающихся «чистыми технологиями» в Канаде, им будет предоставлено почти 1,4 млрд долл. США в виде долевого финансирования, оборотного капитала и проектного финансирования в течение трёх лет, начиная с 2017-2018 гг., через Банк развития бизнеса Канады (Business Development Bank of Canada – BDC) и Канадскую корпорацию развития экспорта (Export Development Canada – EDC) [6].

Также, 18 января 2018 г. Министр природных ресурсов Канады Д. Карр (Jim Carr) заявил, что Правительство собирается инвестировать 21,9 млрд долл. США в течение 11 лет для поддержки «зелёной инфраструктуры» в рамках «Общеканадской рамочной стратегии чистого роста и изменения климата», что позволит создать в Канаде чистую экономику через развитие ВИЭ [7].

Канада, по большей части, ведёт децентрализованную государственную энергополитику в области развития ВИЭ, где ключевые решения для поддержки альтернативной энергетики принимаются на уровне провинций и территорий. Основной мерой поддержки потребителей ВИЭ являются зелёные тарифы на энергию из возобновляемых источников, которые действуют или готовятся к внедрению в отдельных провинциях Канады.

Наиболее активное развитие ВИЭ (за исключением гидроэнергии) наблюдается в провинции Онтарио, благодаря очень высоким «зелёным тарифам» (feed-in-tariff), введённым в 2006 г., которые считаются одними из самых выгодных для инвесторов в Северной Америке [8].

Как результат, в 2016 г. Онтарио произвёл наибольшее количество электроэнергии с помощью ветра и солнца среди всех провинций и территорий Канады – 12 123 ГВт∙ч и 3 566 ГВт∙ч соответственно. В целом же, выработка электроэнергии из ВИЭ в Онтарио увеличились в 2016 г. на 42,3% по сравнению с 2005 г. (рис. 3).

Рисунок 3. Электрическая генерация в Онтарио, 2015 г., 2016 г., ГВт∙ч [9].

Российский опыт

Россия всё ещё находится в стороне от развития альтернативной энергетики. Имеющиеся в нашей стране мощности объектов ВИЭ (за исключением гидроэнергии, на которые пришлось 5,9% всего энергопотребления в стране) настолько минимальны, что в структуре потребления энергетических ресурсов на ВИЭ в 2017 г. приходилось всего 0,04% от общероссийского энергопотребления. По данному показателю наша страна находится далеко не в лидерах (табл. 1).

Таблица 1. Динамика потребления энергии из ВИЭ (кроме ГЭС) в России, 2008-2017 гг., тыс. т н.э. (BP Statistical Review of World Energy 2017, 2018).

Национальная нормативно-правовая основа в части развития ВИЭ строится на основе нескольких основополагающих документов:

  1. Федеральный закон от 26.03.2003 г. № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» [10]. В рамках Закона заложена основа регулирования использования ВИЭ, определены направления развития законодательства, а также введено само понятие ВИЭ: «Энергия солнца, энергия ветра, энергия вод (в том числе энергия сточных вод), за исключением случаев использования такой энергии на гидроаккумулирующих электроэнергетических станциях, энергия приливов, энергия волн водных объектов, в том числе водоёмов, рек, морей, океанов, геотермальная энергия с использованием природных подземных теплоносителей, низкопотенциальная тепловая энергия земли, воздуха, воды с использованием специальных теплоносителей, биомасса, включающая в себя специально выращенные для получения энергии растения, в том числе деревья, а также отходы производства и потребления, за исключением отходов, полученных в процессе использования углеводородного сырья и топлива, биогаз, газ, выделяемый отходами производства и потребления на свалках таких отходов, газ, образующийся на угольных разработках» [11].

В Законе установлены критерии для предоставления из федерального бюджета субсидий в порядке компенсации стоимости технологического присоединения генерирующих объектов с установленной генерирующей мощностью не более 25 МВт, функционирующих на основе использования ВИЭ.

Утверждены основные направления государственной политики в сфере повышения энергетической эффективности электроэнергетики, содержащие целевые показатели объёма производства и потребления электрической энергии с использованием ВИЭ в совокупном балансе производства и потребления электрической энергии, а также план или программа мероприятий по достижению целевых показателей.

  1. Распоряжение Правительства РФ от 08.01.2009 г. № 1-р «Об основных направлениях государственной политики в сфере повышения энергетической эффективности электроэнергетики на основе использования возобновляемых источников энергии на период до 2024 года» [12]. Данное распоряжение является одним из основных документов, где отображается государственная политика РФ в сфере повышения энергетической эффективности электроэнергетики на основе использования ВИЭ по принятию мер с целью:
  • установления целевых показателей объёма производства электрической энергии с использованием ВИЭ;
  • установления целевых показателей степени локализации на территории РФ производства основного и (или) вспомогательного генерирующего оборудования для производства электрической энергии с использованием ВИЭ.

К 2024 г. планируется увеличить долю ВИЭ в производстве электроэнергии до 4,5% (кроме гидроэлектростанций установленной мощностью более 25 МВт) (рис. 4).

Рисунок 4. Целевые показатели объектов ввода установленной мощности генерирующих объектов ВИЭ (энергия солнца, ветра, воды и прочие ВИЭ), 2014-2024 гг., МВт.
  1. Распоряжение Правительства РФ от 13.10.2009 г. № 1715-р «Энергетическая стратегия России на период до 2030 года» [13]. В соответствии с данным документом стратегическими целями использования ВИЭ и местных видов топлива являются:
  • снижение темпов роста антропогенной нагрузки на окружающую среду и противодействие климатическим изменениям при необходимости удовлетворения растущего потребления энергии;
  • рациональное использование и снижение темпов роста потребления имеющихся ресурсов ископаемого топлива в условиях неизбежного истощения его запасов;
  • сохранение здоровья населения и качества жизни путём замедления темпов роста загрязнения окружающей среды при использовании ископаемого топлива, а также снижение общегосударственных расходов на здравоохранение;
  • замедление темпов роста затрат на распределение и транспортировку электрической энергии и топлива и возникающих при этом потерь;
  • вовлечение в топливно-энергетический баланс дополнительных топливно-энергетических ресурсов;
  • повышение уровня энергетической безопасности и надёжности энергоснабжения за счёт увеличения уровня его децентрализации.
  1. Постановление Правительства РФ от 28.05.2013 г. № 449 «О механизме стимулирования использования возобновляемых источников энергии на оптовом рынке электрической энергии и мощности», где утверждены основные правила определения цены на мощность генерирующих объектов, функционирующих на основе ВИЭ [14].

Реализация данного Постановления направлена, главным образом, на создание условий для использования специального механизма торговли мощностью в целях стимулирования развития генерирующих объектов, функционирующих на основе использования ВИЭ на оптовом рынке электрической энергии и мощности, обеспечивающего возврат капитала, инвестированного в их создание, и необходимый уровень его доходности [15].

Также, можно добавить, что, помимо вышеперечисленных нормативно-правовых документов, существуют множество других законодательных актов, в результате чего может сложиться впечатление достаточно развитой и проработанной политики в области ВИЭ. В планах правительства по развитию альтернативных источников энергии по факту прослеживается одна значимая цель – довести долю ВИЭ к 2024 г. в производстве электроэнергии до 4,5%, достижение которой находится пока под большим вопросом.

Несмотря на это, наблюдается увеличение выработки электроэнергии на квалифицированных объектах ВИЭ, где наибольший рост приходится на СЭС (рис. 5).

Рисунок 5. Объём выработки электроэнергии на квалифицированных объектах ВИЭ 2014-2018 гг. на розничном и оптовом рынках, одтверждённый сертификатами, 2014-2018 гг., тыс. кВт∙ч [16].

Согласно статистическому обзору компании BP, прогнозируемый уровень потребления всех видов энергоресурсов в России к 2035 г. увеличится на 2% к уровню 2015 г. и достигнет 682 млн т н.э. (табл. 2). При этом потребление минерально-сырьевых ресурсов к вышеуказанному периоду будет идти разнонаправлено: прогнозируется увеличение на 15% потребления нефти, сокращение потребления газа на 2% и на 22% угля. Доля ВИЭ в потреблении первичной энергии в России, согласно тому же прогнозу, к 2035 г., несмотря на кажущийся огромный рост в более чем 10 раз, «достигнет» всего лишь 1% от общего российского энергопотребления. В то же время, общемировое потребление ВИЭ (без учёта гидроэнергетики) к 2017 г. уже составило 3,6% от потребления всех видов энергоресурсов. Исходя из этого, России необходимо было уже «вчера» предпринимать срочные меры для сокращения данного разрыва, т.к. с каждым годом доля ВИЭ в общей структуре энергопотребления в абсолютном большинстве стран мира будет крайне быстро увеличиваться.

Таблица 2. Потребление первичной энергии в России (прогноз), 1995-2035 гг., млн т н.э. (если нет иного измерения).

Заключение

Резюмируя вышесказанное, можно отметить, что у России имеются все шансы и возможности для развития ВИЭ в стране. Схожий потенциал России и Канады в области развития альтернативной энергетики позволяет нашей стране на основе канадского опыта кратно увеличить свои показатели в данной области.

Литература

Кужелева К.С., Грачев Б.А. Энергетическая политика ЕС в области ВИЭ, энергоэффективности и внедрения новых ресурсосберегающих технологий / ЗАО «Глобализация и Устойчивое развитие. Институт энергетической стратегии», 2018, с. 8.

Электронный ресурс: Government of Canada. Justice Laws Website. URL: https://laws-lois.justice.gc.ca/eng/acts/F-8.6/page-1.html.

Электронный ресурс: Government of Canada. Federal Sustainable Development Strategy.
URL: https://www.canada.ca/en/services/environment/conservation/sustainability/federal-sustainable-development-strategy.html.

Электронный ресурс: Government of Canada. Pan-Canadian Framework on Clean Growth and Climate Change. URL: https://www.canada.ca/en/services/environment/weather/climatechange/pan-canadian-framework.html

Электронный ресурс: Ernst&Young Global Limited. URL: https://www.ey.com/ca/en/newsroom/pr-activities/articles/2017-march-canadas-2017-federal-budget-signals-opportunities-for-clean-tech-and-renewables.

Электронный ресурс: Government of Canada. Budget 2017. URL: https://www.budget.gc.ca/2017/docs/themes/innovation-en.html.

По материалам: http://www.energosovet.ru